Николай Спиридонов: Чертополохи в васильках (избранное)

Страница на стадии редактирования. Е.Д. :) !

"...Касательно публикации - у тебя есть моё разрешение издавать
мои опусы,  если есть такое желание, и если это кому-то интересно.
Буду тебе признателен".

N.S. 1.02. 2003

           NS

 

Жека, заглядывал на твой вебсайт. Обнаружил, что ты,
как примерный садовник, выполол все чертополохи и
оставил одни васильки. Вот теперь я узнаю твои истинные  предпочтения!
                                       N. S.    25 мая 2015 г.

 

 

 

  

              

        Год назад, составляя страничку для моего друга, я действительно по-другому и не мог её представить. Тогда я ответил, что в жизни действительно  васильки соседствуют с чертополохом, но при всей видимости цельности этого мира невидимая граница всегда существует. Миры эти не смешиваемы. И обещал для «чертополоха» отдельное пространство и предисловие. Это обещание я и выполняю.

Чертополох N.S.

        Если за «васильковыми» стихами можно закрепить некую фундаментальность бытия, возвышенность духа, то за «чертополошностью» - проза жизни, «бытовуха», иногда достигающая такой несуразности,  что возникает  инстинктивное желание, отгородится от своего детища. Однако это тоже жизнь, сколько бы мы не стремились ввысь, чаще всего это так и остаётся стремлением, а вот чертополошная жизнь, это всегда реальность, которой мы принадлежим и часто без остатка. Осознавая два этих измерения в поле общественного мнения, поневоле будешь дистанцироваться от последнего. Им везде трудно найти своё место среди «васильков». Но приходит время и инстинкты подчиняются разуму, в котором все миры становятся естественными и рядоположнонеобходимыми. И на этом сайте мы его нашли, но всё же  за отдельным заборчиком.       В рыжем небе мухи рыщут...  NS

          Конечно, у каждого есть свои особенные отношения к тому, что растёт за этим заборчиком. У моего друга эта особенность имела крайне любопытный характер. Можно сказать, редко встречаемая особенность присутствия в этих мирах.Перепетии эмиграции прорастали "корнями-воспоминаниями" в прошлое, а "ветви-настоящее" тянулись в какое-то запредельное будущее. Однако для творчества такие напряжения очень благодатны.

 1991  E.D.  =  N.S.           Из всех «чертополошных» стихов особенно запали в душу о Соловье разбойнике, написанные, где-то вскоре после окончания университета. Самого автора они смущали, ну а меня нет. В них было что-то щемяще русское. Какая-то горькая русская правда, всю широту которой без Соловья–разбойника просто нельзя было ни объять, ни объяснить. Кстати, востребованность этого образа подтверждается  и нынешней его популярностью в отечественных мультфильмах. В какой-то момент Коля мне уступил и выставил одно из  этих стихотворений  («В рыжем небе…») на своей странички (портал Стихи.ру) в 2010 году, не преминув написать, «…по (нахальному) требованию господина Е. Доманского». Уверенность моего друга в том, что эти стихи не только для внутреннего употребления росла вместе с уменьшением срока, оставшемуся ему до конца земной жизни. Несомненно, он знал про отпущенные ему пределы.  Спешил, шлифовал, редактировал, возвращался и снова редактировал. Иногда в течении дня я получал несколько редакций одного и того же стихотворения. «По полям и нивам…» был опубликован в мае 2015 года. Там уже все комментарии о требованиях оказались неуместны и были сняты.

N.S.-1976

По полям и нивам...

По полям и нивам
Бродит ветер вьюжный,
Воет сиротливо,
Никому не нужный.

А в сырой землянке –
Соловей-разбойник.
А в углу – берданка,
Рядом – упокойник.

На тулупе драном
Всё дыра дымится.
Он стрелял жаканом,
Чтоб не ошибиться.

Чтоб не промахнуться –
Дома дети плачут.
Просто разминуться
С вёрткою удачей.

Мяса на неделю –
Это не собака!
Дети похудели,
Голодно, однако...

По полям и нивам
Ветер вьюгу крутит,
Плачется тоскливо,
Душу баламутит.

       ***

В рыжем небе мухи рыщут... 

В рыжем небе мухи рыщут,
Солнце хмурое встаёт.
Соловей-разбойник свищет,
К топору зовёт народ.

Там костей белеют груды,
Криком полнится земля.
Режет жертв разбойник лютый,
Вот такие кренделя!

Добру молодцу не к спеху,
Пиво пьяное он пьёт.
За кураж и за потеху
С Соловья навар идёт.

Приносите, мужичонки,
Золотишко-барахло.
Красны девицы-девчонки,
Эк вам, дурам, повезло!

Вейтесь, мухи, будет падаль!
Гой ты, русская земля!
Соловья бояться надо ль?
Всё равно помрём зазря.

Эх, родимая сторонка,
Жизнь на диво хороша!
Так язви меня в печёнку –
Мне не надо ни гроша!

           ***

 

Грызлово и Дракино,
Харино, Ревякино –
Вот земля моя родная.
Для меня нет краше края!
В летний зной, и в дождь, и в стужу
Навсегда запала в душу
Хлебом, водкой и картошкой,
Гречкой, молоком, окрошкой,
Разносолами и щами,
Пивом, воблой и борщами,
Хреном, редькой и грибами,
Золотистыми блинами.
Над тобою летом в поле
Васильки цветут в овсах,
Ходят тучи на просторе,
Ясен месяц в небесах.
Бают, грязь у нас без края.
То не грязь – земля родная!
Бают, что у нас воняет –
То не вонь, то наш назём,
Наш расейский чернозём!
Синь небес – на всю округу.
Гармонист идёт по кругу,
Девки наши бойко пляшут,
Парни кулаками машут.
Наш народ такой – гляди,
Да подальше обходи.
Эх, грусть ты моя, забубённая,
Эх, жисть ты моя, загубённая!
Дёрнем раз по стакану,
А потом – ещё одну.
Эх, раз, ещё раз,
Ещё много ей у нас!

                         ***
Говорит треска селёдке:
"Поплывём со мной, кума!
Моя славная молодка,
Сводишь ты меня с ума!

Под весёлою волною
Бал морской дают для нас.
Хочешь-можешь ты со мною,
Да с музыкой заводною,
В огневой пуститься пляс?

Будем мы с тобой кадрили
До утра всю ночь плясать!
Надевай скорей мантилью,
И поплыли танцевать!"

Ей селёдка отвечает:
"Да куда уж мне плясать!
Я ведь тётенька больная,
Мне бы в бочке полежать.

Я с тобой, кума, плясала,
Когда ты мальком была.
С той поры воды немало
Утекло. Ты подросла.

Пасть – как чёрная пещера,
И зубищи, как пила,
И привычки флибустьера
Ты, кума, приобрела.

Я слыхала, было дело
На последнем на балу:
Под кадриль, кума, ты съела
Бедолашку камбалу."

Говорит треска селёдке:
"Было дело, что скрывать!
Моя добрая молодка,
Ты должна меня понять.

От кадрилей разыгрался
Не на шутку аппетит.
Да и кто бы удержался,
Когда всё нутро кипит?

Нашей доброй камбалушке
Благодарна очень я.
Лучше не было подружки
У меня, душа моя!"

"Утешенья в том мне мало, –
Ей селёдка говорит, –
И не трогает нимало,
Что нутро твоё горит.

Будет плакать безутешно
Вся сельдиная семья:
Сельдераша, Сельдереша,
Сельдеруша и Сельдеша,
Сельдерёшенька моя!

Станут сиротами дети,
Сельдь-вдовец уйдёт к другой.
Ни к чему мне танцы эти
И кадрили под волной!"

               ***

 

Знают взрослые и дети,
Сок томатный – вне похвал.
Он вкусней всего на свете,
Он, как знамя наше, ал!

Потому-то в день воскресный,
В праздник светлый Октября,
Ароматный сок чудесный,
Сок томатный славлю я!

Мы стаканы дружно сдвинем
За томатный славный сок,
На троих располовиним
Трехлитровый бутылёк!

Пусть завидует нам Запад,
Удивляется Восток –
Взвейся выше, алый прапор!
Лейся, лучший в мире сок!

 
            ***
 Мой клинок карманный,
Верный, безобманный,
В рукояти ладный
Перочинный нож!

Заточён, ухожен,
Сложен и разложен –
Сам себе ты ножны,
Сам в себя ты вхож.

Очинитель чинный
Многих перьев длинных!
Ты не будь злочинным
И людей не трожь.

 

 

Бравых драгун полк боевой
В город уездный вошёл на постой.

Бал предводителем вскоре был дан
Для офицеров и местных дворян.

Юный корнет, сердцеед щегольской,
Девы нарушил сон и покой.

Сердце болит, дева рыдает.
Ночью не спит, всё вспоминает

Кивер с пером, золотом шитый,
Синий мундир, вязью обвитый,

Ус смоляной, кудри густые,
На обшлагах галуны золотые,

Взгляд обжигающий глаз озорных,
Шёпот прельстительный уст дорогих.

Деве не в сон, деве не спится.
Юный корнет ночью ей мнится:

Десять шагов вдоль парапета,
Два секунданта, два пистолета.

Выстрел гремит! Дева вскочила.
Пуля в груди – сердце застыло.

Моченьки нет! Боже, ужели
Юный корнет пал на дуэли?

Кони летят в облаке пыли,
Возле крыльца остановили.

С чёрною вестью входят драгуны.
Дева, не плачь, это – фортуна.

Слёзы не лей, плач твой напрасен.
Юный корнет навеки прекрасен.

 

       Судный день
Вот судный день. Мы собрались
Все вместе, судьи, прокуроры
Для всех и для себя. Стремись
свои облегчить приговоры
И оправдать, ведь адвоката
На том суде нам не дано
Присяжных должности вакантны,
Но жалость умерла давно.
И на Христа не уповая,
Сводя давнишние счета
Закрыть пред ним ворота рая!
Кричим мы, пальцы опуская
И чья-то рушится мечта.

Так всеми каждый осуждён
И рай закрыт, ведь нет достойных!
И каждый думает, что он,
Избранник благостных садов,
Но сам пал жертвой, недовольных.

 

И мы когда-то постареем...!

Когда-нибудь мы постареем
Обрюзгнем и поглупеем,
По жизни в старой калоше
Букой плывя нехорошей
Молодость, рты поразинья,
Будет кричать: образина!
Пальцами тыча нам в брюхо
Будем ворчать мы им глухо:
Когда-нибудь вы постареете,
Обрюзгнете и поглупеете,
По жизни в старой калоше
Букой плывя нехорошей
Молодость, рты поразинья,
Будет кричать: образина!
Пальцами тыча вам в брюхо
Ворчать будете глухо:
Когда-нибудь вы постареете...

 

 

 

       

 

 

 

          

 
   

 

Яндекс.Метрика